Оперигра «Березино»

Перед началом летнего наступления советских войск в Белоруссии в 1944 году командование Красной Армии было заинтересовано в продолжении оперативной игры с немецкой разведкой под кодовым наименованием «Монастырь» (см. статью Операция «Монастырь»).
4 апреля 1944 года И.В. Сталин вызвал по этому поводу в Кремль наркома государственной безопасности Меркулова, начальника военной контрразведки СМЕРШ Абакумова, начальника ГРУ Генштаба Красной Армии Кузнецова и начальника диверсионно-разведывательного управления НКГБ Судоплатова.
По результатам совещания было принято решение о том, что на этот раз лучше ввести немецкое командование в заблуждение, создав впечатление, что в тылу Красной Армии действуют остатки немецких войск, попавшие в окружение в ходе советского наступления. Сам же замысел заключался в том, чтобы заставить немцев бросить свои ресурсы на поддержку этих частей и заставить их сделать серьезную попытку прорвать окружение.
Задание выходило за рамки проводившихся до сих пор в традиционных формах дезинформационных мероприятий. Поэтому были приняты все возможные меры к выяснению положения немецких войск на белорусском участке фронта и, в частности, о возможном наличии там окруженных Красной Армией частей. В результате было установлено, что действительно остатки разгромленных немецких частей выходили на Минское и другие шоссе, складывали оружие и ждали, когда их возьмут в плен.
18 августа 1944 года через московскую радиостанцию легендированной церковно-монархической организации «Престол» немцам было сообщено, что в районе реки Березины (Белорусская ССР) как будто скрывается крупная немецкая воинская часть численностью более 2000 человек, потерявшая связь со своим командованием и испытывающая нужду в продовольствии, медикаментах и боеприпасах.
Так началась операция «Березино» — продолжение операции «Монастырь».
Чтобы создать видимость активности на базе якобы действующей в советском тылу немецкой воинской части и обеспечить приём грузов, курьеров, радистов, которые должны быть направлены немецкой разведкой на данную базу, была создана специальная группа из сотрудников Четвертого управления НКГБ СССР, которую направили в район Березина.
В эту группу были также включены агенты-немцы, бывшие военнопленные, обмундированные в форму германской армии: «Георг» (для переговоров от имени немецкой воинской части с прибывшими немецкими агентами), «Вальтер» и «Жак», а также военнопленный немецкой армии подполковник Шерхорн, который фигурировал в сообщениях как командир легендируемой части.

Оперигра «Березино»

Шерхорн, Хайнрих Герхард (Heinrich Gerhard Scherhorn, 1897 год — после 1970 года]) — немецкий офицер, оберст (1945 год).

Из архива Службы внешней разведки:

«Справка. Военнопленный подполковник Шерхорн Генрих.
Кадровый офицер, по профессии администратор коммунального имущества.
Взят в плен 9.07.1944 года в районе Минска, член НСДАП с 1933 года.
Настроен пессимистично. В победу Германии не верит».

Органами государственной безопасности подполковник Генрих Шерхорн был завербован, и ему присвоили псевдоним «Шубин».

За мнимое ведение боёв в тылу врага, фактически находящийся в советском плену Шерхорн 23 марта 1945 года был произведён в оберсты, удостоен Рыцарского креста Железного креста и до конца войны считался в Германии национальным героем и образцом солдата, в любой обстановке сохраняющего высокий боевой дух и верность фюреру.

Оперативная группа на бывшей партизанской базе на восточном берегу озера Песочное, у деревни Глухое Червенского района Минской области имитировала расположение немецкой части во главе с Шерхорном. В это время в Москве ждали ответа на телеграмму «Гейне» от 18 августа 1944 года о нахождении в тылу советских войск боеспособной немецкой воинской части. Ответа долго не было…
Скорее всего, немцы проверяли по своим учетам и каналам личность командира подполковника Генриха Шерхорна. И вот 25 августа 1944 года пришел ответ следующего содержания:

«Благодарим за ваши сообщения. Просим связаться с этой немецкой частью. Мы намерены сбросить для них различный груз.
Мы также могли бы послать радиста, который мог бы оттуда связаться со здешними руководящими органами. Для этого мы должны знать местонахождение этой части, чтобы наш радист мог найти ее, и место, подходящее для сброски багажа.
Этой части нужно было бы сообщить о прибытии к ним радиста, чтобы он не был задержан этой частью, так как радист придет в обмундировании Красной Армии.
Пароль будет Ганновер.
Привет».

И Александр Демьянов — он же «Гейне» и «Макс» — начал действовать.
7 сентября немцам было передано по радио местонахождение площадки этой части и подтвержден пароль «Ганновер», по которому люди, прибывшие от них, смогут связаться с командиром.
Также в районе озера Песочное была подобрана удобная площадка для приёма грузов и посадки самолетов – бывший партизанский аэродром, о котором немцам было известно в период оккупации Белоруссии. Рядом соорудили землянки и разбили несколько палаток. В них постоянно находилась оперативная группа по «встрече гостей», одетая в немецкую форму. В составе группы было 10 надежных агентов из числа немцев, которые должны были принимать парашютистов в качестве солдат «части» Шерхорна.
Подступы к площадке-аэродрому тщательно охранялись войсковыми патрулями, а недалеко от нее на случай каких-либо осложнений были замаскированы несколько зенитных и пулеметных установок.
В ночь с 15 на 16 сентября 1944 года по координатам, указанным «Гейне», немцы выбросили трех парашютистов — радистов. Их приняли и отвели к Шерхорну.
В беседе с Шерхорном старший группы прибывших радистов Курт Киберт рассказал, что за несколько дней до его выброски о части Шерхорна было доложено Гитлеру и Герингу. Они приказали передать Шерхорну, что будет сделано всё возможное для спасения его части.
Также Киберт сообщил, что немецкое командование приняло решение послать Шерхорну врача и офицера авиационной части, который должен будет готовить площадку для посадки самолетов типа «Арадо», на которых намечалось доставить для «части» Шерхорна вооружение, боеприпасы, обмундирование и продовольствие. По заявлению Киберта, немецкое командование намерено вывозить самолетами раненых, с тем чтобы снабженная всем необходимым «часть» Шерхорна имела возможность продвигаться на запад, на соединение с германской армией.
Немецкие радисты имели задание на следующий же день после приземления сообщить каждый на своей рации и условным кодом подтверждение, существует ли действительно войсковая часть Шерхорна и что они находятся именно в этой части. Двух радистов — Курта Киберта и Фридриха Шмете получилось завербовать и они были включены в радиоигру с немецким командованием под контролем оперативной группы. О третьем радисте — абверовце было сообщено, что он тяжело ранен при приземлении и находится на излечении.
Получив подтверждение о действительно существующей в лесах Белоруссии воинской части под командованием Шерхорна, немецкое командование перестало сомневаться и начало вести полдготовку к заброске грузов и людей.
Возглавлять комплекс операции «Березино», включая координацию с белорусскими чекистами, поручили заместителю Судоплатова генерал-майору Н.И. Эйтингону. На место проведения операции были отправлены опытные сотрудники Четвёртого управления НКГБ Маклярский, Мордвинов и Фишер (впоследствии — Рудольф Абель).
Нарком государственной безопасности В.Н. Меркулов утвердил дополнительно разработанные мероприятия, в числе которых были следующие:
«- в процессе радиоигры добиться открытия немецким командованием одного из участков фронта для прохода «части» Шерхорна и ввести в проход под этим предлогом заранее подготовленное и соответствующим образом экипированное соединение Красной Армии для прорыва немецкого фронта;
— учитывая проявленный интерес противника к организации разведывательной работы в тылу Красной Армии, получить путем игры одного крупного разведчика и через него начать дезинформацию немецкого командования».
27 октября 1944 года немцы выбросили на площадку «части» Шерхорна еще двух парашютистов — врача Ешке и унтер-офицера авиации Гарри Вильда. Они были также приняты Шерхорном, которому передали датированное 26 октября 1944 года письмо командующего группой немецких армий «Центр» генерал-полковника Рейнгарда и письмо от 23 октября начальника «Абверкоманды-103» фон Баренфельда, известного под псевдонимом «Рудольф».
Арестованные Ешке и Вильд на допросах показали, что они должны были по рациям ранее присланных радистов-немцев сообщить немецкому командованию условными фразами о своем благополучном или неблагополучном прибытии. Ешке фанатично верил в победу нацистов, поэтому не пошёл на сотрудничество. Ему удалось убить часового, однако, поняв безвыходность своего положения, он застрелился из оружия часового.
Вильд был завербован и его условная фраза о благополучном прибытии ушла в эфир немецкому командованию.
С конца октября 1944 года немецкое командование все настойчивее стало требовать от Шерхорна подготовки условий для посадки самолетов. Исходя из того, что это могло привести к провалу, НКГБ СССР принял все меры к тому, чтобы затянуть оперативную игру, а затем под предлогом преследования «части» Шерхорна подразделениями Красной Армии заявить немцам о невозможности принятия самолетов.
12 декабря немецкое командование предложило Шерхорну разбить свою «часть» на группы и вести их самостоятельно к линии фронта. В связи с этим, в целях развития радиоигры НКГБ СССР легендировал разделение «части» Шерхорна на несколько групп, сообщив немцам как об их руководителях фамилии завербованных офицеров германской армии, в том числе Герта Шиффера, сброшенного немцами на площадку «части» Шерхорна в районе Березина 11 ноября 1944 года, а также Вилли-Альберта Эккардта, подполковника германской армии, взятого в плен в июле 1944 года в районе Бобруйска.
21 декабря 1944 года для усиления «части» Шерхорна немцы сбросили еще двух радистов-немцев и четырех разведчиков-белорусов, окончивших разведывательную школу в Инстенбурге (Восточная Пруссия). Радисты-немцы Войска и Саутер также были завербованы и использовались в продолжавшейся радиоигре.
Все группы двинулись в путь к линии фронта. Основную группу по-прежнему возглавлял Шерхорн.
Верховное командование германской армии в ноябре-декабре 1944 года и в январе-феврале 1945 года периодически присылало лично Шерхорну, а также солдатам и офицерам его «части» поздравительные телеграммы с благодарностью за службу, пожеланием успехов и обещаниями сделать все возможное и необходимое для вывода «части» за линию фронта.
Однажды с грузом боеприпасов прислали «железные кресты» для награждения наиболее отличившихся.
28 марта 1945 года Шерхорн получил радиограмму, подписанную начальником германского генерального штаба, который поздравил его с присвоением звания полковника и награждением рыцарским крестом 1-й степени. Ему было приказано прорваться со «своей частью» через линию фронта и затем следовать в Польшу и Восточную Пруссию.
Действуя согласно утвержденному плану, который предусматривал возможность заманить «путем игры одного крупного разведчика», советская внешняя разведка периодически подбрасывала гитлеровцам информацию, о том, что будто возможно развернуть подрывную работу и создать для этого «Белорусский подпольный центр» из числа немецких пособников.
В результате, опергруппе, которая занималась операцией «Березино», благодаря радиоперехвату стало известно о том, что начальник «Абверкоманды-103», известной в литературе как «Сатурн», обер-лейтенант Рудольф фон Баренфельд несколько раз лично вылетал в тыл Красной Армии на рекогносцировку возможной посадки самолетов в районе лесной базы Шерхорна. Однако, к сожалению, план по захвату фон Баренфельда не смог до конца осуществиться. Самолет, на борту которого он находился, попал на обратном пути под обстрел советских зениток и загорелся.
При приземлении Баренфельд пытался выпрыгнуть из горящего «Арадо», попал под винт и погиб.
1 мая 1945 года немцы сообщили Шерхорну, что Гитлер погиб, а 5 мая по всем радиостанциям, участвовавшим в игре с противником по делу «Березино», немцы передали последнюю телеграмму:
«Превосходство сил противника одолело Германию. Готовое к отправке снабжение воздушным флотом доставлено быть не может. С тяжелым сердцем мы вынуждены прекратить оказание вам помощи. На основании создавшегося положения мы не можем также больше поддерживать с вами радиосвязь.
Что бы ни принесло нам будущее, наши мысли всегда будут с вами, которым в такой тяжелый момент приходится разочаровываться в своих надеждах».
Оперативная игра «Березино» закончилась…
О её результатах говорится в выдержке из справки из архива Службы внешней разведки Российской Федерации от 8 марта 1947 года по этому агентурному делу:
«Так, по архивным данным, с сентября 1944 года по май 1945 года немцами в советский тыл было совершено 39 самолетовылетов и выброшено 22 германских разведчика, которые были арестованы Четвертым управлением НКГБ СССР, 13 радиостанций, 255 мест груза с вооружением, боеприпасами, обмундированием, медикаментами, продовольствием и 1 777 000 рублей советских денег.
Агентурное дело «Березино» состоит из 117 томов и двух альбомов, в которых сосредоточены материалы, относящиеся к этому делу».

Источники информации:

1. Примаков «История Российской внешней разведки в 6 томах» Том 4





Поделитесь статьей

Оцените статью

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

4 × три =

Случайные записи: