Морская разведка/контрразведка Российской империи

Название:

Морская разведка/контрразведка Российской империи

Официальное название:

Морская разведка/контрразведка Российской империи

Статус:

упразднена

Дата создания:

1914 год

Дата упразднения:

1918 год

После поражения России в войне с Японией Санкт-Петербург с расположенными в нем органами власти, управлениями Морского министерства, судостроительным и военным производствами, научно-исследовательским и опытно-экспериментальным комплексом, стал общероссийским центром модернизации Российского Императорского флота.
Повышение боеспособности Балтийского флота стало предметом пристального внимания разведывательных органов Германии и одним из приоритетных направлений их усилий, имевших определенный успех.
Так в 1907 году немцы получили копию законопроекта «Малой судостроительной программы» России. Столь важный документ позволил им составить представление о будущем флоте Российской империи: стоимости, количестве эскадр, численности и классе надводных и подводных кораблей задолго до его рассмотрения в закрытом заседании комиссии по государственной обороне Государственной думы и утверждения царем Николаем II.
Ввиду отсутствия в Российской империи органов по борьбе с иностранной морской агентурой, 1 января 1914 года морской министр был вынужден обратиться к военному министру В. А. Сухомлинову с просьбой об усилении деятельности военной контрразведки «по борьбе со шпионажем на флоте и обслуживающих Морское ведомство заводах».
Однако меры, вскоре предпринятые военными, имевшими малое представление о специфике морской службы, особенностях работы главных морских управлений, судостроительных заводов, портов, а значит, целях, задачах и методах морской разведки противника, не всегда были своевременными и квалифицированными.

Этапы создания морской контрразведки

С приближением Первой мировой войны ощущалась острая нехватка специальных органов контрразведки в составе Морского министерства. Тем не менее, их формирование, требовавшее, прежде всего, инициативы и настойчивости со стороны руководства Морского генерального штаба (МГШ), собственного кадрового ресурса, политической воли морского министра, и уж затем — финансовых отчислений и организационных усилий, растянулась на четыре года (четыре этапа).

I этап (8 мая 1914 г. – 1 августа 1914 г.) — создание отделения морской разведки/ контрразведки мирного времени. (Некоторые историки считают датой рождения морской контрразведки конец 1915 года.)
В мае 1914 года приказом начальника МГШ вице-адмирала А. И. Русина в рамках этого ведомства было создано «опытное» отделение разведки/контрразведки — Особое делопроизводство. В него вошли:
— заведующий капитан 2-го ранга М. И. Дунин-Барковский;
— три офицера-делопроизводителя.
Кроме решения задач разведывательного характера, согласно Секретной инструкции заведующему Особым делопроизводством МГШ от 8 мая 1914 года на новый орган впервые возлагалась организация практических мер по борьбе с иностранным шпионажем на «флоте и в Морском министерстве».
Параграф 9 инструкции, в частности, гласил:
«Задания по контрразведке и результаты ее работы вписываются в ведущийся в Особом делопроизводстве “Журнал заданий и результатов работы контр-разведки”» .
Морская разведка/контрразведка учреждалась и действовала в условиях абсолютной тайны. Такая мера предосторожности, с одной стороны, препятствовала проникновению в Особое делопроизводство агентов иностранных держав и сохраняла превентивный характер его деятельности.
С другой стороны, депопуляризировала идею борьбы со шпионами и лишала контрразведчиков поддержки морской среды (моряков) и широких слоев населения.
Существенный объем времени и усилий сотрудников Особого делопроизводства МГШ тратился на переписку по вопросам иностранного шпионажа на море. Анализ десятков донесений, поступавших из контрразведывательных отделений (КРО) Военного министерства и Департамента полиции, а также ответов на них, показал, что в большинстве своем они носили общий информативно-уведомительный или информативно-ознакомительный характер, и не предусматривали конкретных (совместных) мероприятий по выявлению шпионов.
Ввиду отсутствия в бюджете Морского министерства на 1914 год дополнительных ассигнований на «секретные расходы» (в части организации борьбы со шпионажем), необходимые меры по созданию морской контрразведывательной службы предприняты не были.

II этап (сентябрь 1915 г. – начало 1916 г.) — создание центрального аппарата морской контрразведки военного времени.
В конце сентября 1915 года И. К. Григорович опять-таки обратился к военному министру, однако уже с предложением «выделить морскую контрразведку в особую организацию». К своему письму он приложил разработанный в МГШ проект «Положения о морских контрразведывательных отделениях» для его рассмотрения в военном ведомстве.
Согласно данному документу, который аккумулировал в себе ценные наставления из «Положения о военной контрразведке», перед новыми органами ставилась задача борьбы с морским шпионажем и «вообще воспрепятствование тем мерам иностранных государств, которые могут вредить интересам морской обороны империи».
Ознакомившись с текстом, военный министр А. А. Поливанов счел преждевременным и нецелесообразным создание самостоятельных подразделений по борьбе с морской агентурой иностранных держав на предложенных условиях. Один из его доводов сводился к недопустимости «преувеличенной» свободы действий начальников морских КРО. Предлагалось ограничить такие их полномочия, как право вести переписку со всеми армейскими, флотскими властями, правительственными учреждениями, минуя начальника МГШ и морского министра.
8 февраля 1916 года Адмиралтейств-Совету Морского министерства за подписью вице-адмирала А. И. Русина был представлен обновленный проект штата Особого делопроизводства МГШ. В его структуру уже вошли три разведывательных отделения (на Балтийском, Черноморском и Тихоокеанском театрах военных действий) и одно контрразведывательное — морская регистрационная служба (МРС).
После одобрения штатного расписания представительным собранием и утверждения царем, в России был учрежден центральный аппарат морской контрразведки. К исполнению своих должностных обязанностей приступили:
— начальник Особого делопроизводства МГШ, капитан 2-го ранга М. И. Дунин-Барковский,
— ответственные за морскую контрразведку — начальник МРС, капитан 2-го ранга В. А. Виноградов; его помощник лейтенант С. С. Калакуцкий, а также офицеры-делопроизводители — старший лейтенант М. М. Поггенполь, лейтенант Р. А. Окерлунд и лейтенант С. А. Чабовский.
На нужды Особого делопроизводства (и лишь отчасти — контрразведки) в текущем году было выделено 40 955 руб. Столь мизерный кредит был рассчитан на выписку и перевод иностранных книг и журналов, командировки сотрудников, их денежное содержание.
Ежегодный заработок начальника МРС составил 3 750 руб. О размере этой суммы можно судить после сопоставления ее с аналогичным индексом в армейской контрразведке. Например, глава петербургского городского КРО зарабатывал 5 800 руб. в год.
Причина непропорциональной оценки труда была обоснованной. С первых дней войны главной ареной противостояния враждующих держав стали не морские просторы, как предполагали высшие чины МГШ. Основные сражения развернулись на суше. С перемещением всей тяжести боев на плечи военных увеличилась и нагрузка на армейскую контрразведку, что предусматривало значительное повышение жалования ее сотрудников.
После завершения организационно-штатного построения и финансирования МРС, она приступила к решению следующих задач:
— «передача новых заданий отделениям морской контрразведки;
— составление указаний по военной цензуре телеграмм, почтовых отправлений и периодических изданий, пересмотр корреспонденций военнопленных моряков;
— наблюдение за частными радиостанциями и разрешение въезда (выезда) в Россию иностранцам».

III этап (середина 1916 г. – конец 1916 г.) — создание подразделений морской контр-разведки на Балтийском театре военных действий.
Первым было сформировано петроградское морское контрразведывательное отделение (ПМКРО). Приказом по флоту и морскому ведомству от 21 июля 1916 года его возглавил жандармский полковник И. С. Николаев, переведенный в Морское министерство «с зачислением по Адмиралтейству, тем же чином, с назначением во 2-й Балтийский флотский экипаж и прикомандированием в МГШ для занятий».
К концу года было завершено формирование еще шести КРО. Одно из них осуществляло тактическое руководство борьбой со шпионажем на Балтике (начальник — подполковник А. Н. Нордман), и находилось при штабе командующего Балтийским флотом. Другие были исполнительными органами, располагавшимися при штабах Свеаборгской крепости (начальник — прапорщик И. К. Симонич) и морской крепости Императора Петра Великого (начальник — старший лейтенант С. С. Калакуцкий), а также при Або-аландской (начальник — корнет Н. И. Гришковский), Моодзундской (начальник — ротмистр П. М. Чаркин) укрепленных позициях и в Ботническом заливе (начальник — капитан 2-го ранга А. Н. Гавришенко).

IV этап (1917–1918) — совершенствование профессионализма морской контрразведки и ее ликвидация
При Главном управлении генерального штаба (ГУГШ) Военного министерства были сформированы очередные курсы «по контр-разведывательной службе». В течение 28 дней курсанты (в том числе, моряки) овладевали тактикой и техникой обнаружения и задержания шпионов. Это был важный шаг на пути взаимопонимания и взаимодействия военных и морских структур в рамках зарождения профильного образования и создания целостной системы противодействия шпионажу в стране.
10 февраля 1917 года по инициативе руководителя отдела генерал-квартирмейстера ГУГШ генерал-лейтенанта П. И. Аверьянова и исполняющего должность начальника МГШ графа А. П. Капнистра состоялось межведомственное совещание специалистов Военного и Морского генеральных штабов. Его участники пришли к выводу о необходимости разработки нормативного документа, который бы регламентировал усилия чинов контрразведки Военного и Морского министерств по процедурам розыска шпионов и предварительного расследования, возбужденных в отношении них дел.
27 апреля итогом творчества специально созданной комиссии ГУГШ стал проект «Временного положения о правах и обязанностях чинов сухопутной и морской контрразведывательной службы по производству расследований», который немедленно был направлен в МГШ для согласования. Как следует из данного документа, задача, поставленная перед российскими контрразведчиками, заключалась в принятии «всех зависящих от них мер к обнаружению неприятельских шпионов и их организаций, а также лиц, которые своей деятельностью могут способствовать или благоприятствовать неприятелю в его военных, либо иных враждебных действиях против России и союзных с нею государств».
17 июня 1917 года «Временное положение о правах и обязанностях чинов сухопутной и морской контрразведывательной службы по производству расследований», после одобрения в МГШ, было утверждено председателем Временного правительства князем Г. Е. Львовым и замещающим должность военного министра полковником Г. А. Якубовичем. Этот нормативно-правовой акт стал первым и единственным в царской контрразведке общим руководством к действию для военных и моряков, имевшим важное историческое значение. Контрразведка становилась не столько органом власти, локально действовавшим в сфере ответственности конкретного министерства, сколько функцией государства по обеспечению интересов его внешней безопасности.
Однако свершившаяся Февральская революция поставила вне закона многие институты самодержавия. Департамент полиции и Отдельный корпус жандармов прекратили свое существование. Увольнения и преследования коснулись не только находившихся на службе чинов полиции, их агентов, но и бывших жандармских офицеров, прикомандированных к Морскому министерству. 26 апреля 1917 года от занимаемой должности был отстранен начальник петроградского отделения морской контрразведки И. С. Николаев. Такая же участь постигла и других его сослуживцев.
К концу 1918 года была ликвидирована морская регистрационная служба МГШ. Ее руководство, не поддержавшее большевизм, начало сотрудничать с английской разведкой и создало конспиративную организацию под кодовым названием «ОК», в арсенал которой входили политические, террористические, диверсионные и иные методы реагирования, призванные подорвать насаждавшийся в стране режим. Но вскоре ее деятельность раскрыли сотрудники ВЧК, и всех входивших в нее морских офицеров арестовали.
После непродолжительного следствия Верховный трибунал Совнаркома РСФСР вынес постановление, согласно которому руководитель «ОК» Р. А. Окерлунд подлежал расстрелу, его заместитель В. А. Виноградов и ряд других заговорщиков — отбыванию разных сроков наказания в концентрационных лагерях. Приговор был приведен в исполнение.
В октябре 1918 года в Железноводске удерживали в заложниках А. П. Капнистра. Спустя некоторое время, в ответ на убийство ряда советских лидеров, его расстреляли.
По подозрению в антиправительственной деятельности взяли под стражу и поместили в концентрационный лагерь М. И. Дунина-Барковского; за причастность к подпольной организации «Великая единая Россия», поддерживавшей Белое движение, задержали и казнили А. Н. Гавришенко.
Так скоротечно, бесславно и трагично закончилась история морской контрразведки Российской империи.

Источники информации:

1. Зверев «Морская контрразведка Российской империи на Балтике в 1914–1918 гг.: история создания и ликвидации»




Статьи категории Морская разведка/контрразведка Российской империи