Негласный сотрудник А.Ф. Филиппов

Алексей Фролович Филиппов
Алексей Фролович Филиппов

Алексей Фролович Филиппов – журналист, издавал до революции «Ревельские известия», «Русское слово», «Кубань», «Черноморское побережье». Слыл скандальным газетчиком и часто бывал в немилости у властей. Сидел даже в крепости за свои лихие газетные наскоки на царя и его окружение.
Впервые Феликс Дзержинский услышал о нем от наркома просвещения Луначарского, который поделился с ним полученной от Филиппова информацией о восстании эсеров. «Железный Феликс» высказал сомнение, можно ли доверять такому человеку, может быть он и с новой властью хочет таких же взаимоотношений, как со старой…
Однако после того, как 1 января 1918 года началось эсеровское выступление, которое было подавлено, вопрос о доверии к информации А.Ф. Филиппова отпал сам собой.
Дзержинский пригласил Филиппова к себе. Вот как вспоминал об этом сам Алексей Фролович:
«Он (Дзержинский) пригласил меня помогать ему. Дело было при самом основании ВЧК, на Гороховой, 2, когда там было всего четыре работника.
Я согласился, и причем безвозмездно, не получая платы, давать ему те сведения, которые приходилось слышать в кругах промышленных, банковских и отчасти консервативных (ибо тогда боялись выступлений контрреволюции со стороны черносотенцев)».
Работа на ВЧК у Филиппова началась с написания, по просьбе Дзержинского, обстоя­ тельной записки о положении дел с банковскими счетами и финансами молодого советского государства с учетом губительных последствий, вызванных забастовкой банковских служащих.
С этой работой Филиппов успешно справился. Ему — выпускнику юридического факультета Московского университета — не составило большого труда связаться со «светилами» финансового мира Москвы и Петрограда, которых он знал еще по журналистской деятельности в предреволюционный период. Один из них, петроградский банкир Захарий Жданов, ввел Алексея Фроловича в узкий круг бывших финансовых воротил Санкт- Петербурга.
На одной из встреч Дзержинский поинтересовался у него, как бы он отнесся к возможности съездить в Финляндию и кроме чисто финансовых и банковских новостей привезти оттуда политическую информацию.
— Подумайте, Алексей Фролович, и не торопитесь с ответом. Дело ответственное и, — тут Дзержинский сделал паузу и добавил — Рискованное. А газету , от имени которой вы будете выступать в качестве корреспондента, мы подберем.
Филиппов дал согласие…
Так появился, судя по сохранившимся архивным материалам, прецедент вывода негласного сотрудника ВЧК на работу за кордон с разведывательными целями. Это произошло в январе 1918  года…

Филиппов А.Ф.

Филиппов А.Ф.

Удостоверение сотрудника ВЧК Филиппова А.Ф.

Информация Алексея Фроловича из Финляндии была чрезвычайно ценной.
«Ф.Э. Дзержинскому (лично и конфиденциально).
После беседы с Председателем народных уполномоченных Маннером у меня сложилось твердое убеждение, что правительство Финляндии желает сохранить строгий нейтралитет и не будет предпринимать каких-либо действий, могущих вызвать вмешательство в их дела любой иностранной державы.»
«Германские войска планируют приступить к захвату Балтийского флота, базирующегося в финских портах. Без этого даже взятие Петрограда не даст им желанной победы.
Необходимо убедить каждого из команд кораблей, находящихся в этой стране, в важности общего выступления, так как немцы боятся только флота», — говорилось в другом сообщении А.Ф. Филиппова.
Что характерно, высокая военно-политическая эрудиция, которую приобрел Алексей Фролович Филиппов во время работы в Финляндии, была только одной из составляющих аналитического таланта этого выдающегося специалиста.
На основе случайной информации в дипломатическом корпусе финской столицы, короткого газетного сообщения в печати или беседы с немецким бизнесменом, который проездом находился в Хельсинки (Гельсингфорсе), Алексей Фролович составлял себе отчетливое представление о положении дел вообще и степени опасности данной ситуации для Советской России в первую очередь. Образцом такой аналитической информации может служить такое сообщение Филиппова:
«Положение русских войск в Финляндии самое отчаянное. Германия намерена оказать военное давление на Петроград с севера и оттеснить Россию от моря с целью захвата больших запасов продоволь­ствия в Гельсингфорсе и Выборге.
Планируется захват немецкими войсками Аландских островов. Необходимы экстренные меры».
Весьма немаловажной для Советской России была и оперативная информация из Финляндии о состоянии российского флота. «Балтийский флот, — писал Алексей Фролович, — почти не ремонтировался из-за нехватки необходимых для этого материалов (красителей, стали, свинца, железа, смазочных материалов).
В то же время эта продукция практически открыто направляется из Петрограда в Финляндию с последующей переотправкой через финские порты в Германию.
Центром таких преступных сделок является кафе петроградской «Европейской» гостиницы, а пунктом отправления — Гутуевский остров и соединительная ветка с финляндскими железными дорогами.»
Также Филиппов сообщал об усилении финской белой гвардии, об активизации немецкого военного флота в районе Аландских островов, о возможности отвода отряда российских кораблей в Кронштадт буксирами, об оказании финляндской республике помощи продовольствием, горючими и смазочными материалами, предупреждая о необходимости принятия мер, чтобы наши поставки не попадали в руки белогвардейцев или, еще хуже, в руки немецкой армии.
К слову сказать, сведения А.Ф. Филиппова о положении дел в Финляндии и вокруг этой страны часто становилась предметом обсуждения правительства РСФСР. В некоторых случаях, когда она носила особо важный и конфиденциальный характер, докладывалась В.И. Ленину.
Филиппов рекомендовал вместо старых контрразведывательных структур создать «органы военного контроля», которые бы ежедневно давали советскому правительству по радио сведения о передвижении немецких войск в Прибалтике. Одну из своих записок А.Ф. Филиппов закончил словами, которые обращались не лишь к Дзержинскому, но и к правительству Советской России: «Декрет насчет контрразведки проведите немедленно!».
Когда в марте 1918 года Алексей Фролович вернулся из Финляндии в Петроград, а после этого перебрался в Москву, где ему было сделано привлекательное предложение: должность главного эксперта по составлению устава военной контрразведки и оклад в 500 рублей, что в те годы было достаточно большой суммой (примерно соответствовало жалованью заместителя наркома).
Он это предложение с радостью принял, однако судьба рассудила по своему…
Чекисты Петроградской ЧК перехватили письмо коммерсанта Горядина, в котором тот сообщал, что А.Ф. Филиппов имел якобы отношение к составлению и распространению в общественных местах листовок антисемитского содержания от имени штаба подпольной организации «Каморра народной расправы».
Председатель Петроградской ЧК М.С. Урицкий, который не очень симпатизировал Филиппову, приказал арестовать Алексея Фроловича и под конвоем доставить его из Москвы в известную петроградскую тюрьму Кресты.
Алексей Фролович, попавший в беду, написал не один десяток писем влиятельным лицам в государстве. Большинство из них не ответили на просьбы разведчика о помощи, а остальные разделились во мнениях: помогать или нет.
Отозвался на просьбу А.Ф. Филиппова «разобраться» в его деле лишь Ф.Э. Дзержинский. 30 июля 1918  года он направил в Петро­ градскую ЧК письмо следующего содержания:
«Тов. Урицкому.
Дорогой товарищ! Ко мне обратился А.Ф. Филиппов с просьбой вникнуть в его положение, что сидит совершенно зря. Не буду распространяться, пишу Вам потому, что считаю сделать это своей обя­занностью по отношению к нему как к сотруднику Комиссии. Просил бы Вас только уведомить меня, в чем именно он обвиняется. С приветом Ф. Дзержинский».
И уже 3 сентября 1918  года Филиппов был освобожден из-под стражи и покинул Кресты. А в его личном деле появилась запись следующего содержания:
«К предъявляемым А.Ф. Филиппову обвинениям он никакого отношения не имеет. На основании изложенного настоящее дело считаем законченным и подлежащим хранению в архиве Комиссии».
Алексей Фролович вернулся к работе в ВЧК…
В 1921 году он ушел со службы в ВЧК, создал юридическое бюро.
В 1924 году за антисоветскую пропаганду был выслан на 3 года в Иркутск. Был членом Президиума садово-огородной комиссии Московского научно-исследовательского областного бюро краеведения.
Умер Алексей Фролович в октябре 1936 года от сердечного приступа в Москве, похоронен на Панинской аллее Ваганьковского кладбища.

Источники информации:

1. Примаков «История российской внешней разведки в 6-ти томах» том 2





Поделитесь статьей

Оцените статью

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Случайные записи: